Суббота, 16.12.2017, 23:42
Главная Регистрация RSS
Приветствую Вас, Гость
Категории раздела
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Наш опрос
Как Вы относитесь к ЕГЭ?
Всего ответов: 532
Форма входа
Логин:
Пароль:
Поиск
Главная » Статьи » Материал к уроку » История

Спускался план на количество репрессированных
  30-е годы нашего столетия вошли В историю страны как годы массовых репрессий. Сталин, исходя из своей теории нарастания классовой борьбы в процессе строительства социалистического государства, решил разделаться со своими политическими противниками. В 1936 году состоялся первый процесс над Каменевым и Зиновьевым. В стране началась бурная политическая кампания по разоблачению "врагов народа". Практически 1936 год стал прологом к кровавому 1937 году. В 1937 году по стране прокатилась массовая волна репрессий, которая коснулась всех, начиная от руководства страны и кончая простыми гражданами. Пик массового террора пришелся на вторую половину 1937 года. 30 июля 1937 года выходит оперативный приказ Народного Комиссара Внутренних дел Союза ССР Ежова за №00447.
"Приказываю с 5 августа 1937 года во всех республиках, краях и областях начать операцию по репрессированию бывших кулаков, активных антисоветских элементов и уголовников.
Репрессированию подлежат:
1. Бывшие кулаки, отбывшие наказание, бежавшие из лагерей и социально опасные элементы.
2. Члены антисоветских партий, бывшие белые, жандармы, чиновники, реэмигранты.
3. Наиболее активные антисоветские элементы из бывших кулаков, сектантских активистов, церковников, которые содержатся в лагерях.
Все репрессированные делятся на две категории:
а) к первой категории относятся наиболее враждебные. Они подлежат аресту и, по рассмотрению их дел на тройках, - расстрелу;
б) ко второй категории относятся все остальные. Они подлежат аресту и заключению в лагеря на срок от 8 до 15 лет .На представленных Вами учетных данных утверждаю Вам следующее количество подлежащих репрессии...
  Если обстановка потребует увеличения утвержденных цифр, то необходи¬мо представить мне соответствующее мотивированное ходатайство..."
  Без этого приказа трудно понять весь механизм репрессий. Практически сверху спускался план на количество репрессированных и расстрелянных, все равно что план по мясу, молоку, машинам. За каждой цифрой стояла человеческая жизнь.
Из областного управления НКВД спускался такой же план в районы, в том числе и в Варнавинский. М. А. Балдин в статье о деле своего отца Балдина А. Г. и "лапшангской контрреволюционной группе церковников" частично приоткрыл завесу о репрессиях в нашем районе.
рис.1 Выписка из протокола дела №1506

Мне представилась возможность ознакомиться с делами № 15056 и № 16241, касающихся священника Мегалинского П. П. и его брата Мегалинского Н. П.
  Мегалинский был арестован в начале августа 1937 года, хотя на ордере стоит дата 30 августа, но, по-видимому, она была проставлена задним числом. Об этом свидетельствует справка начальника Варнавинского РО МВД Вострякова об отправке Павла Петровича с двумя другими заключенными в Горьковскую тюрьму 27 августа 1937 г. Вместе с Мегалинским П. П. по этому делу проходили Ефимов А. А. - санитарный врач района, Суворов И. С,-пенсионер, Трехалев Н. Т. - работник райпотребсоюза, Зайцев В. И. - начальник спецчасти райисполкома, Поляков А. И. - нач. учебной подготовки Осоавиахима, Фогт Г. Э. - работник леспромхоза, Боков М. И. -работник райвнуторга, Чичасов М. Ф. -радиотехник леспромхоза, Тумаков П. Г. -учитель лесохимической школы. Кажется, между всеми этими людьми не может быть ничего общего но практически всех их можно объединить одной категорией "бывшие".. Например, Суворов И. С. - полковник царской армии, Трехалев Н. Т. - столоначальник, Фогт Г. Э. - управляющий имением, Зайцев В.И. -сын кулака и т.д. Весь компромат на арестованных собирали в районе, и для этой цели использовались свидетельские показания, кото¬рые были направлены на создание версии о существовании в Варнавинском рай¬оне "антисоветской церковной диверсионно-террористической организации".
Мегалинского 2,5 месяца продержали в Горьковской тюрьме. Наконец в середине ноября 1937 года он пишет заявление на имя начальника тюрь¬мы, в котором он признается во всех преступлениях. О том, как выбивалисьэти сведения из заключенных, применялись пытки и методы психологического давления, сейчас хорошо известно.
  В деле Павла Петровича фигурируют многочисленные свидетельства. Вот, например, показания монашествующей Орловой Матрены Харлампиевны (она входила в Церковный Совет Кладбищенской общины). "Мегалинский использовал меня в антисоветских и контрреволюционных целях. Он давал мне задание ходить по деревням и призывать колхозников не подписываться на Государственный заем и выходить из колхозов, а также использовал меня для связи с другими членами организации Ефимовым, Комлевым, священ¬никами Лапшангской церкви Трусовым и Клеменцовым, священником Шудской церкви Скворцовым". Главную роль, по мысли следователей, в "контрреволюционной организации" должны были играть священники. К делу Мегалинского были приобщены материалы о лесных пожарах и убытках за 1935- 1937 гг. Все списали на "врагов народа". У власти появилась хорошая возможность все недоработки и просчеты списывать на вредителей и врагов. После того, как Павел Петрович "сознался" во всех "преступлениях", следователи составили стандартный машинописный текст протокола допроса, в который можно было записать формулировку любого преступления - все зависело от фантазии следователя.
Допрашивали Мегалинского начальник отделения 4 отдела УГБ лейтенант Кострынин и сотрудник этого отдела Шевяков 25 ноября 1937 года. Во время допроса Мегалинский "сознался" в том, что является одним из организаторов антисоветской церковной диверсионно - террористическои организации вместе с врачом Ефимовым Александром Александро¬вичем и занимается подбором кадров. Естественно, большую часть кадров составляли священники. Павел Петрович говорит о привлечении в группу: Тардова А. И. - священника с. Дмитриевское, Орлова А. П. -дьякона варнавинской церкви, Царегородцеву Е. С. -просвирню церкви с. Варнавино, ОсьмининаВ.И.- кассира госбанка, Ермакова Г. С.-механика электростанции, бывшего эссера, Трусова В. Ф. - священника с. Л апшан-ги, Клеменцова П. М. - дьякона с. Лапшанги, Пономареву А. И. - псаломщицу с. Шуды, Смирнова А. П. - священника с. К: Баки, Васильева II. Ф. - священника с. Медведиха.
  Органы НКВД арестовали практически всех священнослужителей. Созданная воображением следователя "организация" должна была действовать. В посланном начальником Варнавинского РО МВД мл. лейтенантом госбезопасности Востряковым материале о лесных пожарах и убытках, весь ущерб списывается на группу Мегалинского - Ефимова, в чем Павел Петрович и "сознается". Он говорит, что в 1936 году, чтобы "дезорганизовать" работу колхозов, членами группы Трусовым, Клеменцовым, Царегородцевой были произведены поджоги домов в деревнях Поспелиха, Колосиха, Югары, Жилиха, Богородское, Дерябино, Михаленино -всего около 150 домов. Были также совершены поджоги леса у стеклозавода "Красный Луч", бора у "Филина болота" в Костромской области, заго¬товленного материала на Сивко-Борском лесопункте.
А как же с терроризмом? В деле говорится о покушении на зам. секретаря райкома Турлова, районного прокурора Макарову, членов с/совета Колесова и Шилову. Кроме того, санитарному врачу Ефимову А. А.. была приписана большая смертность, детей в районе в 1937 году от инфекционных заболеваний и распрос-транение инфекционных заболеваний среди скота.
17 декабря 1937 года состоялось заседание тройки Управления НКВД Горькрая, которая после слушания дела приговорила Ефимова А. А., Мегалинского П. П., Суворова И. С. к расстрелу, а Бокова М. И., Зайцева В. И., ТумаковаП.Г., ЧичасоваМ.Ф. и Фогта Г. Э. к 10 годам ИТЛ. 26 декабря 1937 года в 15 часов приговор был приведен в исполнение. Михаил Алексеевич Балдин писал, что отца и других арестованных расстреляли тоже в 15 часов. Какими побудительными мотивами пользовались палачи, назначая это время?
После назначения Берии Л. П. Народным Комиссаром внутренних дел репрессий стало меньше, а некоторые дела были даже пересмотрены. В деле находится несколько писем Бокова Михаила Ивановича из Вятлага на имя Народного Комиссара с просьбой о пересмотре дела. В отношении Полякова А. И., ТрехалеваН. Т., За-йцева В. И., ТумаковаП.Г. приговор отменили, а Бокова М. И., Чичасова М. Ф и Фогта Г. Э освободили, но позднее они были вновь арестованы. Система не выпускала из своих рук . просто так. Поляков и Трехалев были расстреляны 19 декабря 1939 года, а Зайцев и Тумаков умерли в тюрьме.
Что касается дела № 15056, по которому проходил Мегалинский Николай Петрович и еще 10 человек, то он был арестован в августе 1937 года, а 20 ноября расстрелян в г. Горьком. Ему приписывалась связь с братом-благочинным священником, и создание контрреволюционной организации в с. Шуда..
За репрессии 1937 года сталинская система сделала "козлами отпущения" сотрудников НКВД и госбезопасности. Сначала они были награждены за успешную работу по ликвидации "врагов народа", а затем вместе со своим начальником Ежовым арестованы и расстреляны. Были расстреляны и все руководители "троек". В 1939 году был арестован и осужден начальник Варнавинского РО МВД Востряков Павел Григорьевич.
  В мае - июле 1956 года дела в отношении Мегалинского П. П., Мегалинского Н, II. и других участников были отменены и все они были реабилитирован. Была возмещена часть конфискованного имущества. Справки о реабилитации никого из родственников репрессированных в Варнавине уже не нашли. Все они уехали, опасаясь за свою жизнь, или уже умерли. Арестованные по делам № 15056 и № 16241 -это лишь небольшая часть репрессированных варнавинцев. Наверняка были и другие "враги народа". Точных данных по количеству репрессированных По Варнавинскому району пока нет. Все эти данные находятся в архивах ФСК в Н. Новгороде и они пока закрыты. Архивные исторические документы по линии ОГПУ- КГБ открыты лишь за 1917 - 1920 гг.
  Мы не должны забывать трагических страниц прошлого. Самое страшное заключалось в том, что люди верили, что существуют "враги народа", контрреволюционные организации и т.д. Развивалось стукачество. В каждой деревне и организации находился осведомитель, тем более что это было и выгодным занятием. В случае ареста и конфискации имущества "врага народа" доносчику доставалась треть конфискованного. Можно выделить следующие мотивы стукачества: боязнь ареста, корыстолюбие, месть, личная неприязнь, желание достичь власти любым путем и т. д.
  Никто из варнавинцев не был спокоен в те годы за свою жизнь. Некоторые даже готовились к аресту заранее. Тяжело было семьям "врагов народа". Они находились под постоянным психологическим и моральным гнетом. Детей репрессированных не принимали в пионеры и комсомол, заставляли отказываться от родителей.
  После ареста и расстрела варнавинских священнослужителей в районе не осталось ни одного священника. Наш район стал самым "безбожным" в области. Лишь в хрущевскую "оттепель" появилась редкая возможность приглашать священников со стороны. Наше духовное возрождение невозможно без восстановления исторической памяти тех, кто сгинул в Гулагах или был расстрелян.
 
Автор: учитель первой категории Восходовской вечерней (сменной) общеобразовательной школы при исправительном учреждении

Авдеев Евгений Владимирович
статья опубликована: "Новый путь" №28 от 26.03.1996
Другие статьи данного автора:
Категория: История | Добавил: aleksdom (05.02.2009) | Автор: Авдеев Евгений Владимирович
Просмотров: 1798 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]